Ваш браузер устарел. Рекомендуем обновить его до последней версии.

Предисловие

к книге Ф.В. Кондратьева

«Правозащитное» злоупотребление психиатрией (клинико-политическое представление истории российской психиатрии)

Книга Ф.В. Кондратьева посвящена защите чести и достоинства отечественной психиатрии.

Свидетелей и участников тех событий в истории советской психиатрии, о которых пишет профессор Ф.В. Кондратьев, осталось очень мало и скоро не будет совсем. Как член Центральных комиссий Минздрава СССР по прекращению принудительного лечения в специальных психиатрических больницах МВД, я на протяжении ряда лет  работал в составе комиссии по решению вопросов о прекращении  принудительного  лечения, и многих   вылеченных в этих больницах больных, в том числе и  диссидентов выписывал. Я в курсе сути обсуждаемых в книге событий, и в целом как непосредственный их соучастник, имею по ним сложившееся представление.

В своей книге «Правозащитное» злоупотребление психиатрией (клинико-политическое представление истории российской  психиатрии)» Ф.В. Кондратьев, защищая честь и достоинство отечественно психиатрии, соответственно защищает имидж Отечества  (Российской Империи, Советской России, Российской Федерации) от необоснованных обвинений и унизительных инсинуаций в якобы «традиционной» для Отечественной психиатрии карательной сущности. При этом акцент был сделан на советский период истории психиатрии. Это наиболее многогранный для оценок период, когда сосуществовали и явные достижения, и столь же явные негативные явления.

Во всех бедах советского периода истории отечественной психиатрии (низкий уровень образования, нравственная ущербность экспертов) автор винит большевицкую тоталитарную Систему, накрывшую на 70 лет своим покровом   наше Отечество, в том числе, конечно, и медицину. Вместе с тем, автор показывает, что советская психиатрия начала свой путь с создания внебольничной (диспансерной) службы, оказавшейся первой и  самой лучшей в мире,  и закончила эффективной системой социальной реабилитации и реадаптации психически больных. А что касается теоретического ущерба от «единственно научной» марксистско-ленинской идеологии, сессий ВАСХНИЛ  и «павловских мероприятий» 1951-1952 годов, то  такие выдающиеся ученые, как И.В. Давыдовский и В.А. Гиляровский, создавали предпосылки и для прочного теоретического фундамента и для обоснования запрета переноса в нашу страну порочной западной практики, в частности, лоботомии.

Однако всё же, с сожалением отмечает автор, изоляция от мировых достижений  в сфере понимания сущности человека и причин его социального поведения привели к тому, что нравственные особенности духовной сферы (диссидентство) предписывалось «лечить» через фармакологические воздействия на психологическую (душевную) сферу. По существу это было злоупотребление психиатрией, которое стало возможным вследствие тоталитаризма в науке, отрезавшей советскую психиатрию от необходимых знаний. Поэтому нужно понимать и помнить, что в этом была беда, а не вина советской психиатрии.

 Положение о том, что советская психиатрия не только не была пособницей тоталитарной системы, а сама была её жертвой, –   проходит через все содержание книги, это её стержень, и собственно в  этом её историческое значение.

Автор хорошо изучил (достаточно и широко цитирует) труды хулителей отечественной психиатрии, показывая при этом, что их измышления были лишь инструментом западных сил в политической дискредитации Советского Союза.

В своей работе автор предоставил конкретные фактические данные по всему контингенту диссидентов, прошедших через судебно-психиатрические экспертные комиссии Института им. В.П. Сербского. Он аргументированно  показал, что не было факта массового заведомо ложного диагностирования   диссидентам психических заболеваний  и признания    их    невменяемыми    при     проведении  судебно-психиатрических  экспертиз (и, вообще, не было «массового» поступления на экспертизу). Также он опроверг дискредитирующие утверждения, будто советские психиатры исполняли какие-то инструкции и указания КГБ по конкретным   экспертизам, поскольку таких инструкций просто не было. На основании    фактических данных автором было показано, что не было практики помещения в специальные психиатрические больницы психически здоровых политически инакомыслящих граждан по указанию каких-либо ведомств существующей Системы.

 Достаточно глубоко автор проанализировал проблему «мягкой шизофрении», показав   её успешные разработки в 30-ые годы и табу с репрессиями, наложенное Системой на эти разработки. При этом он убедительно   опровергает клеветнические утверждения  многочисленных «правозащитных» хулителей советской психиатрии, будто концепция вялотекущей шизофрении  была создана советскими психиатрами по специальному  заказу большевицкой Системы  для облегчения признания невменяемыми психически здоровых диссидентов.

Автор утверждает, что все эти обвинения в адрес советской психиатрии – миф, специально созданный  в пропагандистских целях в годы холодной войны. Этот миф закрепился в сознании людей и, конечно, отрицательно сказывается на имидже и нашей профессии и нашей истории в целом. Также убедительно автор опровергает «правозащитно»-хулительные утверждения о постсоветском восстановлении карательной психиатрии и  преследовании религиозных меньшинств. По его мнению  – это такая же целенаправленная ложь, поскольку не было ни одной судебно-психиатрической экспертизы по этому поводу и, соответственно, какого-либо «карательного» принудительного лечения.

Как известно, активных, «профессиональных» диссидентов в Советском Союзе действовало одновременно всего несколько десятков человек, но они для придания  себе значимости  говорили о «десятках тысяч»! Так, стоило действительно психически больному человеку, находящемуся на лечении в психиатрической больнице, сказать, что он в чем-то не доволен советской властью, как его тут же включали в «список жертв тоталитарной Системы», называли «узником совести», которого «карают в психиатрических застенках, а он-то сам об этом и не знал!»

Анализируя сложную, со многими реальными проблемами историю психиатрии советского периода, автор однозначно несомненным и основным Злом в этой ситуации называет злоумышленную целенаправленную дискредитацию советской (российской) психиатрии и через это дискредитацию  Советского Союза (Российской Империи, Российской Федерации) – всего нашего Отечества.

В книге убедительно показано, что в годы холодной войны психологически понятный антагонизм к советской Системе некоторых свободолюбивых диссидентов был искусно использован нашими противниками для дискредитации советской психиатрии в целом и через это всего Советского Союза.  Для этой дискредитации русофобствующие диссиденты использовали правозащитные, в том числе международные, организации, которым жаловались на «психиатрический террор», будто  Система их терроризует путем злоупотребления психиатрией. Такие жалобы стали носить постоянный и изощрённый характер, что явилось несомненным Злом. Это побудило автора написать соответствующее разоблачение и дало основание назвать свой труд «Правозащитное» злоупотребление психиатрией».

По существу проф. Кондратьев рассматривает историю отечественной психиатрии в крепкой связке с той макросоциальной ситуацией, которая была в стране в последние 100 лет (он и написал свою книгу «К 100-летию трагических событий в России»). Он раздельно анализирует политически разные периоды жизни страны в советский период в сопряженности с проблемами психиатрии. А для объяснения  взаимосвязи различных социально значимых событий построил своеобразную цепочку: политически преследуемое диссидентство появилось как реакция на тоталитарную Систему с её статьями 70 и 190-1 УК РСФСР, запрещающими критику и осуждение порядков в стране – не было бы запрета на свободу слова, не было бы и «криминального» диссидентства. Основные активисты диссидентского движения – родственники тех, кто погиб от тоталитарной Системы по различным пунктам статьи 58 УК РСФСР – не было бы репрессий, не было бы и мстителей за эти репрессии. Принудительное лечение в специальных больницах МВД диссидентов с психическими расстройствами – законодательная установка тоталитарной Системы – не было бы репрессивно-тоталитарной системы, не было бы таких установок. Теоретическое «обоснование» признания диссидентов психически больными и  применения к ним принудительного лечения – результат умозрения руководства тоталитарной Системы. Сам тоталитаризм – плод революционного переворота октября семнадцатого года и неизменный атрибут существования большевицкой Системы.

Однако автор допускает, если бы не этот переворот октября семнадцатого года, то в Отечестве не осталось бы русского духа – он был бы поглощён либеральным космополитизмом с погоней за Золотым Тельцом, таков был социально-нравственный тренд после февраля того же года.  Отнюдь не оправдывая репрессии Системы, особенно   сталинизма, автор полагает, что всё же эти события можно понять и как своего рода болезненную, но спасительную операцию, во многом предотвратившую нашу духовную гибель и давшую к её спасению «новомучеников  в земле Российской просиявших».   И теперь мы имеем Россию новую,   свободную, очищенную и от тоталитаризма и от низкопоклонства, хотя еще не полностью отмытую от русофобства.  

Пусть читатель сам оценит эту цепочку, так или иначе, она впервые соединяет дореволюционный период нашей истории с настоящим, и полностью соответствует второму названию книги: клинико-политическое представление истории российской  психиатрии.

Нельзя не отметить, что книга носит автобиографический характер. Это не плохо, поскольку вставки автора (картинки из личной жизни) являются уместными и интересными иллюстрациями к основному тексту изложения.           

Главный смысл и назначение свой книги проф. Ф.В. Кондратьев подытожил в последней главе «Кто виноват, и что делать? «Правозащитное» зло можно победить только правдой!». Здесь показано, что то огромное скопление в Интернете и других средствах информации инсинуаций в отношении нашей психиатрии можно преодолеть только активным распространением правды и закрытием в Интернете хотя бы самых ложных и нравственно неприемлемых публикаций вроде «Черного списка» карателей-психиатров, чьи «преступления не забудутся никогда, и все причастные к ним будут судимы без срока давности, пожизненно и посмертно». В этом списке, составленным «правозащитником» А.Подрабинеком, много психиатров, которых автор книги непосредственно знал как принципиально честных, высококвалифицированных специалистов. Я также лично знал этих психиатров и полностью присоединяюсь к мнению проф. Ф.В. Кондратьева.

Трудно отнести эту книгу к какому-либо стандартному жанру, здесь и фактология, и аналитика, и публицистика, и дискуссия с читателем и потенциальными оппонентами. Но всё это можно обозначить, как это сделал автор, словом «представление»: он представил исторически важный фактический материал, дал его анализ, как публицист показал его общественное значение, обсудил с его с читателем, представил аргументы несостоятельности оппонентов. В целом  это  содержательная  и  полезная книга, интересующиесяполитическими аспектами российской психиатрии и  историей  их сопряженности с диссидентством  и  правозащитным движением найдут для себя много нового и интересного.                            

Она читается легко и вполне доступна для читателя-непрофессионала в области психиатрии. Книга написана эмоционально и имеет Post scriptum совершенно неожиданного содержания.

 

Доктор медицинских наук, руководитель группы дополнительного профессионального образования ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии им. В.П. Сербского» МЗ, член РОП, судебно-психиатрический эксперт высшей квалификационной категории

                                        Криворучко Ю. Д.