Ваш браузер устарел. Рекомендуем обновить его до последней версии.

Корни современного сатанизма и его криминогенная роль в опасном поведении лиц с психической патологией // Практика судебно-психиатрической экспертизы. Сборник № 43 под ред. акад. РАМН Т.Б. Дмитриевой. М., 2005. С. 304 -313.

Корни современного сатанизма и его криминогенная роль в опасном  поведении  лиц с психической патологией

Ф.В. Кондратьев

Последние публикации о сатанизме в судебно-психиатрическом аспекте вызвали немалый интерес читателей и их пожелания побольше узнать об этой актуальной проблеме.

С конца прошлого века стало появляться много сообщений о деятельности различных сатанинских организаций, о совершаемых ими диких ритуалах, об актах вандализма, о преступлениях во имя сатаны. В судебно-психиатрической практике все чаще встречаются подэкспертные, исповедующие сатанинскую идеологию.
Почему в век торжества науки и доминирования атеистического менталитета возрождается вера в дьявола? Ответ на этот вопрос неоднозначен. Общеизвестно, что сложные периоды общественного развития сопровождаются всплеском интереса к астрологии, магии, хиромантии, всякого рода чудесам, суевериям, распространением идей о  слабости и ничтожности человека, что «приводит в конечном итоге к капитуляции разума»  (Колесников А.С., 1977). Средства массовой информации вольно или невольно способствуют этим процессам. Однако вера в дьявола имеет глубинные истоки, на основе которых и происходят рецидивы сатанизма.

В настоящее время вера в могущество дьявола перестает быть приоритетом отдельных сект или невежественных обывателей. Она получает все более широкое распространение обществе и не может не отразиться в фабулах переживаний психически больных, поскольку «всегда в соответствии с духовной жизнью общества изменяется содержание бредовых идей» (Снежневский А.В., 1955). Это обстоятельство поставило вопрос о дифференцировании сатанизма реального (как определенного религиозного мировоззрения) и сатанизма психопатологического (Кондратьев Ф.В., 2001; и   др.), что для судебной психиатрии явилось новой проблемой. Для современного  образованного человека кажется нелепым верить в могущество сатаны, посвящать свою жизнь фанатичному служению во имя его славы, совершать дикие сатанинские ритуалы, такая позиция может привести предположению о  психопатологии и в частности  к ошибочной диагностике шизофрении.

Вместе с тем религиозное представление о дьяволе является столь же исторически развивающимся положением, как и понятие Бога (Сандулов Ю., 1977). «Развитой культ дьявола – форма религиозной практики, в основе которой – мифологизированный мистический опыт отношения человека к окружающей действительности. Изменение социальных функций, выполняемых культом дьявола, отражает особенность основных этапов исторического развития общества» (Колесников А.С., 1977).

Дуализм равноправного существования злого и доброго начал является результатом длительного процесса эволюции религиозного познания. Впервые целостное представление о личностном воплощении доброго и злого начала мироздания формируется в зороастризме (религия, основанная в VI в. до н.э. иранским пророком и реформатором Зороастром). Отсюда пошла последующая разработка учения о демонах как о могущественных носителях злого начала в земном мире. Однако уже в иудаизме формируется монотеистическая религия. В отличие от зороастризма, где злой дух является воплощением мирового начала, господствует над половиной мира, в иудаизме дьявол, напротив, – лишь один из духов, противящихся Богу, но не претендующий на роль, хоть как-то сопоставимую с Его (Бога) ролью в мироздании. Дьявол всегда оказывается подчиненным божественной воле и само его существование – неотъемлемый элемент воплощения сокрытого от людей божественного промысла. Религиозный монизм стал   главной идей и христианства (а затем и ислама), а дуализм – основой различных ересей: гностицизма, манихейства и т.п.

Идеи дуализма – равенства божественных и дьявольских сил  –  проходят через всю последующую историю религии, отражаясь во многих сферах жизни общества. Массовости культа дьявола способствовали «дьволизация» традиционной народной магии и  наполнение конкретным языческим содержанием (ведовством, оккультизмом, фольклорной религиозностью) дуалистических ересей.

В одном из последних фундаментальных исследований феномена сатанизма (Сандулов  Ю., 1977) обоснованно утверждается, что культ дьявола – это не плод фантазии или невинные занятия падкого на экзотику обывателя. По мнению автора, история показала, что за ним – многовековая традиция, что поддерживают его влиятельные и богатые организации, что дуализм, являющийся его мировоззренческой базой, легко воспроизводится современным сознанием.

Предлагаемое наблюдение иллюстрирует «нормативность» современного сатанизма, хотя приверженность к последнему может вызвать сомнения в психическом здоровье его адептов совершивших ООД.

С., 21 года, обвинялся в убийстве матери за ее попытки "вмешиваться в не свое дело". Стационарное судебно-психиатрическое освидетельствование прошел в ГНЦССП им. В.П. Сербского 8 декабря 1998г.

С. родился от беременности, протекавшей с осложнениями. Воспитывался без отца. Мать С. отличалась деспотичным, властным характером, часто наказывала сына. В подростковом возрасте с матерью установились напряженные отношения, мать требовала жесткого подчинения в выполнении ее указаний (как проводить время, что читать, как одеваться), но никакого теплого чувства к сыну не проявляла и душевной близости между ними не было.

В школу С. поступил своевременно, до 4 класса учился хорошо, но потом из-за конфликтов с матерью стал часто убегать из дома, ночевал в подвалах. Соответственно не готовил домашних заданий, снизилась успеваемость. В связи с этим его начали наказывать в школе. В ответ на все это стала нарастать озлобленность на мать и учителей. Начал нарушать дисциплину на уроках, дерзил учителям. Пытаясь оставаться незамеченным, бил стекла, портил школьную мебель.

"Чтобы найти себя и как-то разрядить злость", стал заниматься в секции каратэ. Одновременно увлекся коллекционированием ножей. Мать с ним общего языка так и не нашла. С. все реже приходил домой, время проводил среди подростков с асоциальным поведением, совершал с ними на рынках мелкие кражи сладостей, булочек, отнимал у сверстников деньги. Из-за прогулов и низкой успеваемости оставался в 6 и 7 классах на второй год, затем учебу бросил. Поступил в ПТУ, но и оттуда со второго курса был отчислен за прогулы и избиение преподавателя.

В это время (1995 год, С. было 17 лет) один из его товарищей привел на собрание сатанистов. Сразу понравилась новая компания, в которой все увлекались "тяжелой" музыкой. Большое впечатление произвели сатанинские ритуалы: вызывание сатаны, клятвы верности служить ему и приносить людям зло. Особенно нравилось приношение в жертву животных, слышать их предсмертные крики, видеть, как с них снимают шкуру и выжимают кровь. С удовольствие начал читать литературу по сатанизму, библию сатаны, книги про то, "как попасть в ад". Стал замечать, что становится более жестоким и равнодушным к людям. Намеревался войти в контакт с "нацистами", искал с ними встреч, но не нашел.

В 18 лет при ритуале "братания" с одним из сатанистов оба порезали себе вены на руке, а затем пили из рюмок кровь друг за друга. С этого времени стал проводить время среди "скинхэдов". Считал себя "расистом", участвовал вместе с другими "скинхэдами" в избиении индусов, негров, корейцев. При этом испытывал особое удовольствие, радость, когда видел физические страдания своих жертв.  "Может, кого и убивали в этих нападениях  – это не важно, важно было видеть их ужасный испуг и животное страдание".

Вскоре был призван в армию, служил в воздушно-десантных войсках. Вначале было тяжело, но понимал, что получаемые знания ему пригодятся, и терпел тяготы службы. Был рад, когда его направили в "горячую точку" и он мог стрелять в людей. Самым большим огорчением в период службы в армии было то, что он не видел "как разлетелись мозги" у женщины, в которую он стрелял. Демобилизовался в запас на общих основаниях.

Сразу после возвращения из армии установил связи с сатанистами и "скинхэдами". Совершал с последними разбойные нападения на "цветных", но задержан не был. Дома с матерью оставались "сложные взаимоотношения". Она ругала его за то, что не работает, дружит с сатанистами. Чтобы разорвать эту дружбу, она в его комнате время от времени ставила иконки, развешивала крестики. Замечая это, С. устраивал скандалы, а потом прямо предупредил мать, что если еще раз подобное заметит, то убьет ее.

Летом 1998 года, вернувшись поздно ночью после очередной встречи с сатанистами С., как всегда, осмотрел свою комнату и заметил икону. На этот раз он матери простить уже не мог ("Я же ее уже предупреждал"). Взяв молоток, он подошел к спящей матери и нанес ей по голове три удара, причинив открытую черепно-мозговую травму с переломом свода и основания черепа и тяжелым ушибом головного мозга. После этого он вернулся к своим друзьям и сказал, что убил мать во имя сатаны, так как она вмешивалась в религию. Пообщавшись с друзьями, С. пришел домой, разбудил соседей, сказав, что пока его не было дома, "неизвестные проникли в квартиру и ударили мать по голове". Вместе с приехавшими врачами "скорой помощи" вошел в квартиру и спрятал молоток. Когда мать увезли, выбросил окровавленную простынь в окно, поел и лег спать, заснул сразу с чувством исполненного долга.

В период пребывания С. на судебно-психиатрической экспертизе в ГНЦССП им. В.П. Сербского: соматически – в пределах нормы. Неврологически – легкие изменения ЦНС, возможно, как последствия патологии беременности.

С. жалоб на психическое здоровье не предъявлял. Характеризовал себя жестоким, безжалостным, раздражительным, злопамятным, мстительным, озлобленным, драчливым. Свою потребность к жестокости он почувствовал в подростковом возрасте, после начавшихся конфликтов с матерью. Тогда он вымещал накопленное зло, рисуя картины, в которых были убийства, кровь, страдания жертв. Дело не ограничивалось рисунками. Самым любимым занятием было мучить животных и пугать людей. Вспоминает свое "изобретение": привязывал кошку за шею к ручке входной двери какой-либо квартиры, а за задние лапы – к перекладине перил, затем звонил в дверь и прятался, подглядывая за происходящим. Ничего не подозревающие люди открывали дверь и тем самым разрывали визжащее животное.

С.  подчеркивал, что ценит дружбу со знакомыми по секте сатанистами и "скинхэдами". С некоторой бравадой сообщает о том, как с ними участвовал в ритуальных жертвоприношениях, избивал людей нерусской национальности, получал от этого удовольствие и радость.

С. подтвердил, что убил мать за то, что она "развешивала иконки" в его комнате. Считает, что мать спровоцировала его на убийство, что она раздражала его своими крестиками и иконами, которые   смотрели на него   с таким укором, что он «не мог вынести». В злобе сжигал их, топтал, выбрасывал в окно и предупредил мать, что убьет ее, если она будет продолжать их развешивать.

После нанесения ударов матери по голове молотком он разбил иконы. Вернувшись к своим соратникам-сатанистам, похвалился, что во имя сатаны убил мать, и предложил им подтверждения, но они отказались, поверив на слово. После этого они "гуляли по улицам", и он "забыл об убийстве. До настоящего времени нисколько не сожалеет о своем преступлении. Готов сесть в тюрьму: "Сначала будет трудно, а потом найду своих и нам будет хорошо". Утверждает, что как только освободится из заключения вернется в свою общину, то за убийство матери во имя сатаны он будет удостоен чести занять место в первом почетном круге около учителя.

С врачами держался несколько развязно, к ситуации нахождения на экспертизе относился облегченно, заявлял, что "ничего страшного, главное, что он "переступил через черту и стал теперь ближе к сатане". Готов принять наказание, считает, что в "зоне" найдет близких по духу, а потом и вовсе вернется к своим, но будет уже на почетном месте.

С. свободно и подробно рассказывал о своей секте. По его словам, в их сатанинской общине было человек 60-70. Руководил всем мужчина лет под 70, который говорил, что он бывший священник. Встречались в подвале, который арендовали под спортивный клуб. В зале   были штанги и другой спортивный инвентарь, и кто хотел, мог в свободное время «накачивать» мускулы.

Общие встречи были приурочены регулярным сатанинским праздникам или к посвящению  новичка в сатанисты. Главные праздники проходили по полнолуниям, первый праздник в году отмечался 7 января. На этих собраниях все садились кругами. В центре был учитель, в первом круге вокруг него садились самые достойные и проверенные члены секты. Во втором круге и далее собравшиеся также распределялись "по заслугам". Во время сборищ надевали черные майки с пентаграммами и другой сатанинской символикой. Зажигали черные свечи, изготовленные из свиного жира. Начинались ритуальные прославления сатаны и клятвы верности в служении его делу. Учитель нередко рассказывал, как идут дела в других сатанинских общинах в Москве и России, но никогда не называл ни своего имени, ни имен других руководителей. Сообщал также о международных встречах, на которые он ежегодно выезжал в Германию. Говорил, что в Москве 5 мощных сатанинских организаций с числом до 1000 членов в каждой, по России более 100 таких организаций.

По словам С., раз пять в году совершались ритуальные жертвоприношения. После полуночи группа сатанистов из 5-6 человек выходила на улицу "выбирать" жертву. В их общине для жертвы выбилась мужчины не старше 40 лет. Такому случайному прохожему, наносился удар по голове и сразу же в его лицо пускали газ из баллончика или прижимали ко рту и носу тряпку, смоченную эфиром. Затем потерявшего сознание человека затаскивали в машину и везли в свой "клуб". В пути по мере необходимости добавляли парализующий газ. Уже в подвале, пока жертва не пришла в себя, ее привязывали к кресту-колесу (специальный крест, который можно повернуть в полоборота), а рот заклеивали скотчем. Самому почетному сатанисту из круга приближенных (который подтвердил за последний месяц право таковым считаться) доверялось   собственноручно глубоким разрезом  с помощью ножа, изобразить пентаграмму на животе жертвы. Поскольку к этому времени несчастный должен был уже прийти в сознание, то высшей наградой было предоставление возможности убивающему смотреть "глаза в глаза" своей жертве, видеть ужас, на ее лице и получать "заряд зла". Стекающую кровь собирали в сосуд, потом колесо с распятым на кресте переворачивали и сливали оставшуюся кровь. Распятый медленно умирал от кровопотери, а его кровь должен был под соответствующие сатанинские заклинания отведать каждый. Далее, по рассказу С., труп расчленяли, вынимали внутренности. Сердце и мозги поедал учитель, "менее ценные органы" раздавались на ритуальное поедание остальным сатанистам в зависимости от занимаемого ими круга. "Ели без сострадания, во славу сатане". Остатки вывозили в лес, обливали бензинов и сжигали, а затем закапывали. Документы убитого также сжигали, а деньги "шли в общаг". По словам С., за последние 5 лет было совершено около 20  ритуальных убийств, примерно 5 лет назад таким образом, был убит священник из одного из храмов в Юго-западном районе Москвы.

В обязанность членов общины входило, помимо вербовки новых членов приобретение холодного оружия (огнестрельным они пренебрегают потому, что оно не дает возможности "глаза в глаза" видеть смертный ужас своих жертв). Оружие в целом необходимо для массового выступления "в назначенный час", о котором сообщит руководитель. В этот час выступят все сатанисты, будут убивать всех тех, кто не согласится поклоняться сатане. Они установят свой порядок, и сомнений в своей победе у них нет.

К числу повседневных дел относится физическая подготовка, особенно обучение восточным видам борьбы. Секте желательно чаще заявлять о себе вандализмом на кладбищах с обязательным осквернением могил путем перевертывания крестов верхней перекладиной вниз ("сатанинский крест").

К числу персональных заданий относится отслеживание информации о сатанизме, о тех, кто выступает против сатаны. За каждым членом секты закреплен какой-либо информационный источник, в том числе Интернет. Сам же С. обязан регулярно просматривать газету "Московский комсомолец", выявлять все соответствующие публикации и сообщать о них учителю.

Обратного хода из сообщества сатаны нет. Все знают, чем закончится такая попытка, и поэтому желающих оказаться жертвой нет: "Это как мафия".

Экспертная комиссия Центра не нашла у С. болезненных расстройств психики, лишающих его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими. 

  10 февраля 1999 года Солнцевским судом г. Москвы   С. был осужден по ст.105 ч.1 УК РФ на 10 лет лишения свободы. Во время судебного процесса не было обращено внимания на данные о сатанинской мотивации совершенного убийства. Через 5 лет С. был условно досрочно освобожден.

Проведенные в ГНЦССП им. В.П. Сербского экспертизы в отношении таких сатанистов как С., не страдающих  психическими заболеваниями, показали единую сущность их мировоззрения с учениями современных сатанинских наставников,   а, главное, показали реальность существования сатанизма.

Это мировозрение  довольно типично для тех случаев, когда  у  подростка  исходно  формируется  оппозиционное отношение к своему окружению.  Причину этого следует, в частности искать в определенной психической слабости  (связанной, как  правило, с  последствиями  раннего органического повреждения головного мозга), затрудняющей усвоение  социальной нормативности. Особо значимым следует считать неблагоприятные условия  формирования  личности, отсутствие   духовной  связи  с воспитателями, способными дать правильные нравственные ориентиры. В результате невозможность достичь желаемого для себя социального статуса приводит к внешнеобвиняющим  реакциям  сначала в отношении  ближайшего окружения, затем и ко всем людям вообще. Формируются своего рода "мстители  обществу".

Первоначально  эта месть   находит  выражение в мучительных способах убийств животных,  в "творчестве" с изображением однообразных по тематике, но неизменно изощренных по композиции сцен насилия и убийств, нередко с участием известных садистов и террористов как героев для подражания. В случаях установления контактов с сатанистами такие подростки и юноши приходят в группу с уже сформированной ориентированностью на творение зла. Какой-либо критики к своему образу жизни, к вере в могущество сатаны добиться у них в этот период их жизни невозможно: это вера, не поддающаяся коррекции. Они не хотят менять свои убеждения хотя бы  потому, что без них окажутся лишенными той опоры в жизни, которую дает им полеченное в сатанинской группе чувство превосходства над другими. Все это наблюдалось и у С., который высказал уверенность в том, что и в тюрьме он найдет «своих», а освободившись, будет более почетным сатанистом.

 Культ дьявола калечит не только души тех, кто подпал под его влияние он способен причинить немало страданий всему обществу. Как правило, культ дьявола не является для непосвященных откровенным дьяволопоклонничеством. Он может принимать любые обличья, но если появляются откровенно сатанинские секты, то это уже – опасный симптом. Печальный опыт Европы периода Средневековья показал, сколь легко могут распространяться метастазы зла. Нельзя не согласиться с Ю. Сандуловым (1997),  что этот опыт должен быть поучителен для нас, живущих в другую, но тоже переломную эпоху. Государство, на котором лежит ответственность за общество, не должно быть равнодушно к фактам появления в нашей стране псевдорелигиозных общин, представляющих физическую угрозу для людей. Принцип свободы совести не должен распространяться на сатанистов.

В этой связи вызывает удивление тот факт, что ни следствие, ни суд, не обратили внимания на сообщенные С. данные о криминальной деятельности его секты, не было вынесено  никакого частного определения, а сам С. вышел на свободу через 5 лет. Где гарантия того, что он не займет «достойное место» в первом круге, рядом с Учителем.

Ограждение молодых людей от идеологии сатанизма, вплоть до ее полного искоренения, представляется важнейшей мерой снижения криминальной активности молодых лиц, в том числе и с психической патологией.

Литература

Колесников А.С. Дьявол. Исторический и культурный феномен».   Спб.: «Лань», 1997. –  С. 3 – 6.
Кондратьев Ф.В.  Сатанизм как источник криминальной агрессии (психолого-психиатрический аспект) // Серийные убийства и социальная агрессия: что ожидает нас в ХХI веке? Материалы международной конференции. - Ростов-на-Дону,  2001. – С. 269-272.
Кондратьев Ф.В. Сатанизм как реальность и “сатанизм” как психическое расстройство //Люди погибели. Сатанизм в России: попытка анализа. -  М., 2001. – С. 7 -  93.
Кондратьев Ф.В. Судебно-психиатрические аспекты криминальной агрессивности  сатанистов// Практика судебно-психиатрической экспертизы. Сборник № 42. -  М., 2004. – С.   271-286. 
Сандулов  Ю. Дьявол. Исторический и культурный феномен.   Спб.: «Лань», 1997. –  192 с.
Снежневский А.В.  Лекции по психиатрии. М. - 1955. - С. 50.