Ваш браузер устарел. Рекомендуем обновить его до последней версии.

Личный отчет: группа восточной медитации

Опубликовано 30.09.2014

В этой главе я исследую соответствующие области, имеющие отношение к моему участию и последующему уходу из движения Трансцендентальной Медитации. Мое участие, уход и выздоровление охватывают приблизительно 18 лет моей жизни. На протяжении этой главы я могу только коснуться ключевых аспектов: предыстории, процесса вербовки группы (привлекательности), природы группы, моего процесса ухода и выздоровления.

ПРЕДЫСТОРИЯ

Я родился в Санкт-Петербурге, во Флориде, был самым младшим из пяти детей в относившейся к среднему классу ирландской католической семье.

Был 1975 год. Махариши Махеш Йоги был на обложке журнала Time. Он появился на “Шоу Мерва Гриффина”. Книга Трансцендентальная медитация Гарольда Блумфилда, доктора медицины, была в списке “Лучших продаж The New York Times”. Курсы по трансцендентальной медитации (ТМ) предлагались как часть школьной системы Нью Джерси и Калифорнии. ТМ было ходячим выражением.

Когда я был в выпускном классе средней школы, в мою среднюю школу пришли вербовщики из Международного университета Махариши (MIU). Мы узнали, что MIU является аккредитованным университетом в Фэйрфилде, в Айове. Учащимся были сделаны представления в пользу этой “научно обоснованной программы”, базы для новаторской образовательной системы, предлагаемой в этом университете.

ВЕРБОВКА

Сначала я посетил вводную лекцию, где хорошо одетые учителя ТМ (”инициаторы”) представили ТМ в качестве “IBM движения человеческого потенциала”. Звучащие по-научному исследования, рекомендации и напоминающие родной дом аналогии подтверждали позиции их презентации. Они говорили о личном росте, социальном изменении, прогрессе в окружающей среде и мире во всем мире. Вербовщики пылко представляли методику ТМ не как религию, стиль жизни, а как философию.

Мне показали “видение возможностей” ТМ. Было выложено передо мной мое будущее. Там должны были быть развитые программы: лекции повышенного типа, еженедельные и ежемесячные проверки, курсы по месту проживания, курс Науки Творческого Интеллекта (SCI), образование в MIU и введение в мировые границы “движения”. Все это привело меня в MIU.

Я попался на приманку и отправился учиться ТМ. Мне было семнадцать лет. Я получил свою мантру, посещал развивающие лекции, еженедельные медитационные проверки, лекции повышенного типа и 10-дневную проверку. На каждой ступени безмятежно улыбающиеся лица моих ТМ учителей заверяли меня, что я тоже должен испытывать просвещенность.

Затем последовали курсы по месту жительства, где проводившаяся дважды в день медитация заменяется “циклами” (“rounding”). Это процесс более частых медитаций, дыхательной техники, поз йоги и без конца повторяющихся видеофильмов с Махариши. Чтобы гарантировать, что участники курсов по месту жительства остаются “однонацеленными” на “учение Махариши”, нас инструктировали никогда не оставаться в одиночестве. Для нас были назначены “приятели”, чтобы повсюду нас сопровождать. Нам было приказано не читать газет, не смотреть телевизор, не слушать радио и не звонить по телефону. Они утверждали, что это придаст максимум пользы курсам.

Одним из фундаментальных понятий, представляемых во время курсов по месту жительства, является освобождение от стресса. По мере того, как медитатор прогрессирует, высвобождается “стресс” от действий в этой и предыдущих жизнях (карма). На профессиональном жаргоне ТМ это называется “снятием стресса”. Нас учили, что это освобождение от стресса может “омрачить процесс мышления” и привести к “сомнениям” относительно учения ТМ движения. Наши приятели должны были напоминать нам, что любые сомнения, которые у нас имелись относительно причудливости движения, были просто “снимающими стресс”.

В ходе своего первого цикла я испытывал состояния эйфории, перемежавшиеся периодами расщепления личности, деперсонализации, смущения, раздражительности и затруднений с памятью. Лекции, превозносившие достоинства длительных циклов для личного роста, дополнялись разговорами о важности возрастания количества членов движения ТМ, чтобы спасти мир.

Одним из лекторов, который изображался как уже достигший просвещенности, была сестра знаменитого человека, “Мэри”. Мэри действовала в качестве вербовщика для MIU, превознося достоинства MIU как университета, который доставит не только самое лучшее в мире образование, но также создаст индивида, который полностью использует свой потенциал. Я буду просвещенным человеком, как Махариши.

Мэри произносила задушевные речи о времени с Махариши в Индии. Она говорила об универсальных качествах, которые он усвоил: доброта, милосердие, непрестанная забота о мире во всем мире и его способность всегда осуществлять “стихийное правильное действие”. Движение учило, что просвещенный человек не должен использовать критическое мышление, он живет в согласии с “беспредельным универсальным сознанием”. Он не делает ошибок, его жизнь свободна от заблуждений. Его желания автоматически исполняются.

По мере того, как углублялась и усиливалась моя преданность движению, я начал порывать с семейными традициями. Я перестал посещать мессу, пропускал семейные праздники, изучал вегетарианство, перестал носить голубые джинсы. Я отказался от желания моих родителей, чтобы я посещал колледж во Флориде. Я пошел в MIU.

МЕЖДУНАРОДНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ МАХАРИШИ

Целью MIU является заставить студента увидеть, как теории Махариши связаны со всем через Науку Творческого Интеллекта (SCI), науку жизни Махариши. В MIU каждая дисциплина изучается в “свете SCI”. Курсы назывались “Математика и НТИ (наука творческого интеллекта)”, “Музыка и НТИ”, “Отчетность и НТИ”, “Психология и НТИ”, “Абсолютная теория управления Махариши”, “Абсолютная теория обороны Махариши”, “Абсолютная теория сельского хозяйства Махариши”.

MIU разбит на блоковые системы. Студенты проходят один курс за один раз. Длительность курсов варьируется от одной недели до одного месяца. Перечисленные выше академические курсы дополняются курсами циклов месячной длительности (“Лесные академии”). Система приятелей строго проводилась в жизнь, и теперь у нас были правила в вопросах одежды, специальная диета и комендантские часы. Наше поведение тщательно контролировалось инструкторами, большинство из которых были учителями ТМ.

По мере того, как разворачивалось подвергание пластам учений движения ТМ, преданность движению затвердевала. Требовалась крайняя секретность. Нам дали закодированные цветом знаки, чтобы определить наш “статус в движении”. Титулы статуса - Гражданин, Правитель, Министр - отмечали, какой уровень доктрины был раскрыт перед нами. Наша верность движению подвергалась сомнению в еженедельных личных интервью.

В 1976 году Махариши ввел передовые формы медитации, названные ТМ-Сидхи. Программа ТМ-Сидхи обещала развить сверхъестественные силы, такие, как левитация (способность летать), всеведение и невидимость. Из Швейцарии Махариши дал указание, чтобы был введен новый трехмесячный академический курс для обучения студентов MIU ТМ-Сидхи. Я заплатил за 1400-долларовый курс федеральными обеспеченными студенческими займами.

Структура и содержание курса были окутаны тайной. Явный страх Махариши перед проникновением правительственных агентств США и других государств вел к росту внутренней безопасности. Стандартные требования курсов повышенного типа относительно приятелей, возрастания медитаций, запрета на телевидение, радио и газеты были дополнены требованием соглашений воздерживаться от разговоров с противоположным полом и необходимостью пожизненного безбрачия.

Один из примеров паранойи Махариши имел место в тот день, когда мы обучались ТМ-Сидхи методике полета. Нам было приказано явиться в зал встреч в нашей самой лучшей одежде со значком безопасности. Знакомые охранники встречали нас у дверей, проверяя наши скрепленные печатью нарисованные знаки “Мирового правительства эры просвещенности”. Наши знаки вновь проверялись, когда мы проходили через внутреннюю дверь. Затем нам приказывали проверить знак нашего приятеля. Затем нашему руководителю группы было приказано проверить знаки всех членов группы. Студенческий декан и школьный психолог перепроверяли наши значки, и руководители ТМ-Сидхи курса проверяли наши значки. В целом было восемь проверок безопасности. Затем они выложили искусно сделанную систему наушников. Были предложены индийские церемонии, известные как пуха, перед картиной умершего учителя Махариши. Затем была еще одна проверка безопасности, а потом началось обучение.

Махариши по видеомагнитофону, связанному с нашими наушниками, сказал: “Вы сидите на пене?[Мы сидели за столами] Итак, вы хотите летать?” Он прошептал фразу “связь тела и акаша - легкость хлопкового волокна” и предложил нам повторять её через 15-секундные интервалы. Это. как он сказал, научит нас летать.

Нас послали в зал для полетов, комнату, покрытую матрасами из поролона. Немногие в нашей группе начали прыгать как кролики. Те из нас, кто оставался прикованным к земле, начали размышлять о наших нарушениях правил движения. Я думал о том времени, когда я ел воздушную кукурузу после 10 часов вечера - должно быть, это была причина, почему я не летал.

По мере того, как шли дни, возрастало групповое давление, заставлявшее летать. Комнаты для полетов были заполнены бесконечным сверхпроветриванием. непрекращающимися воплями, непроизвольными телесными резкими движениями, смехом, выходящими за пределы телесных переживаниями и баллистическими прыжками: “первая стадия полета!”

Нам, студентам, за это ставили зачет. От нас требовали, чтобы мы собирались дважды в день практиковаться в этой двухчасовой программе медитации, дыхания, полетов и чтения священной книги индуизма. Председатель департамента физики объяснял, что Махариши “открыл”, что совместный полет практикующихся в ТМ-Сидхи может создать всеобщий мир.

Махариши затем посылал команды летунов в “горячие точки” - разрываемые войной территории, такие, как Никарагуа, Иран, Сальвадор - умиротворять битвы. Затем он провозгласил, что “Мир во всем мире достигнут”. Самоуверенность Махариши, должностные лица движения и недостаток не подвергавшихся цензуре внешних новостей еще больше усилили мою преданность.

В MIU и во всем движении чувство вины использовалось для манипулирования студентами, чтобы они никогда не пропускали занятий по полетам. Когда иранцы захватили американское посольство, друг - студент MIU, который пропустил занятие по полетам, был вызван в офис декана и обвинен в захвате заложников в Иране.

Уход из окружающей среды MIU

Я окончил MIU в 1980 году с отличными и хорошими оценками по междисциплинарным наукам и отправился в Филадельфию работать с другими членами ТМ. Махариши теперь подчеркивал важность жизни и работы с другими летунами. Общины членов ТМ образовывали “идеальные деревни”. При совместной жизни и совместных полетах мир должен был изменяться к лучшему быстрее. “Век просвещенности” должен был реализоваться. Должен был быть достигнут мир во всем мире. Я помогал образовать Филадельфийскую идеальную деревню, маленькую коммуну в южной Филадельфии, состоявшую из 16 стоявших в ряд домов.

Жизнь в большом городе вне оруэлловского окружения MIU обеспечила плодородную почву для моих первых сомнений. Просвещенность пока не проявлялась ; мир не выглядел изменившимся; люди страдали, будь это их карма или нет. Личный успех, успех в бизнесе, идеальная жизнь: “Где все это?” - думал я.

Я был подавлен, хронически болен и утомлен, что, как я узнал позднее, было обычным побочным результатом медитации. Однажды позвонила моя мать и предположила, что все мои проблемы вызывала медитация. Возможно, мне следует присоединиться к реальному миру, сказала она. ”Утверждения” движения немедленно возникли у меня в уме, затмевая любые сомнения. “Отдых есть основа деятельности, глубокий отдых - основа успеха. ТМ сокращает болезни, уменьшает стресс, понижает депрессию. ТМ является основой всякого успеха, это решение всех проблем”, - повторял я хорошо заученную доктрину, одно клише за другим.

Я был настолько основательно поглощен доктриной Махариши, что когда мою мать увезли в больницу с сердечным приступом, я позвонил ей и сказал: “Мама, у тебя есть решение всех проблем под рукой (она изучала ТМ), а ты предпочитаешь не использовать его, таким образом, ты предпочитаешь страдать. Когда ты больше не захочешь страдать, ты покончишь с этим”. Затем я повесил телефонную трубку.

ПРОЦЕСС УХОДА

Осенью 1983 года моя сестра Мишель присоединилась к другой дискуссионной группе - Интернациональный путь. Моя семья начала планировать вмешательство, консультирование о выходе. Вмешательство включало в себя сбор членов семьи для эмоциональной поддержки. Меня попросили помочь путем контакта с Сетью оповещения о культах (CAN), чтобы получить информацию о Пути.

Первоначально я связался с двумя представителями CAN. Оба они были дружелюбны, однако беседы оставили меня выбитым из колеи. Они задавали вопросы о моей семье, о сестре и обо мне. Я упомянул, что был членом ТМ. Они предположили, что ТМ могла быть спорной. Я непроизвольно ответил: “ТМ не является культом, это научно обоснованная программа”.

Влияние на мою сестру было тщательно спланировано и сработало спокойно. Я посещал занятия, чтобы обеспечить поддержку сестре. Я сидел, слушая, как консультант по выходу вдается в подробности природы вовлеченности в группы, контроля сознания и скрытых методик гипноза. Красные флажки поднялись у меня в сознании. Мои годы подготовки в движении по части отказа от “принятия во внимание негативности” подверглись потрясению. Слабые проблески независимого мышления начали выходить на поверхность у меня в мозгу. Я получал новый взгляд на гипноз и природу трансовых состояний. ТМ учит, что гипноз опасен. Чем больше информации я получал, тем больше я начинал понимать, что на деле гипноз и ТМ - это одно и то же.

Эта новая информация не удержала меня от практики в ТМ-Сидхи программе, хотя она позволила мне начать подвергать сомнению “священную науку” движения. Прошли месяцы, прежде чем я позволил себе обдумать идею относительно прекращения медитации.

Власть информации

Моим первым шагом по пути ухода из движения ТМ было исследование с сомнением всего, что только можно, относительно движения. Нас учили, что все критические источники информации, не относящиеся к движению, являются недействительными. Я задумался над тем, кому бы я мог доверять. Начальная стадия моего похода к выздоровлению началась.

“Физический” разрыв моих связей с движением занял приблизительно один год. В течение этого года я начал секретно контактировать с бывшими членами, с бывшим профессорско-преподавательским составом MIU, с бывшими помощниками Махариши. Я был поражен специфической информацией, которую они представили о фальшивых научных исследованиях, передачах денег, изучении негативных последствий медитации и деталях личной жизни Махариши. Мне нужно было больше информации. Я был одержим выискиванием всего, что только можно. Это было время приятного возбуждения и надежды в соединении с чувством потери и скорби.

Я знал, что я потеряю всех своих друзей, если только они откроют, что я перестал заниматься медитацией. Я начал зондировать почву. Как они будут реагировать на мои вопросы? Как они будут отвечать, когда стандартные клише не прекратят мой процесс выражения сомнений? Я знал, как легко отделаться и отказаться от тех, кто стал негативным, потерянным в “грязи”.

Вскоре я стал персоной нон грата. Мои друзья перестали приглашать меня обедать. Затем перестал звонить телефон. Мое имя было убрано из списка адресатов, и меня больше не пускали в местный центр ТМ. Для полностью вовлеченного в движение и верящего в него эти действия были бы разрушительными; теперь это была для меня благоприятная возможность оказаться вне тюрьмы обособленности движения.

Физический разрыв с движением не освободил меня от прочно укоренившихся мыслительных моделей, которые владели мной. Как я смогу выжить в мире без “поддержки природы”? Как функционируют люди в мире без благоволения богов? Власть медитации в духе Махариши была существенной для моей жизни. Как я буду искать место для парковки? Как я сумею получить работу? Как я смогу преуспеть в этой жизни и после неё без ТМ? Как я сумею выжить?

Мой переход из движения потребовал комбинации факторов: ухода из контролируемой окружающей среды MIU, участия в консультировании о выходе моей сестры и начала понимания принудительного влияния. Затем пришел пугающий процесс прекращения медитации, которую я был приучен до сих пор считать “решением всех проблем”.

В 1986 году я посещал учебные занятия для бывших членов культов на национальной конференции Сети оповещения о культах. Я слушал бывших членов “настоящих культов”, описывающих свои переживания. Они говорили о моем опыте! У меня была та же верность и та же убежденность в отношении Махариши, какая была у бывших мунистов в отношении преподобного Муна. Оба эти лидера манипулировали фактами и жизнями во имя духовности.

ВЫЗДОРОВЛЕНИЕ

Я обнаружил, что разрыв с движением был только началом. У меня были трудности с чтением, памятью, сосредоточенностью, концентрацией, непроизвольная телесная дрожь и расщепление личности. Я боялся мирской и духовной ответной меры. Мои мысли были заполнены доктринами движения. В MIU меня учили, что ТМ связана со всем. Мне нужна была помощь, чтобы разобраться с духовным багажом, который был связан с каждой сферой моей жизни.

Я впервые нарушил кодекс молчания движения, заговорив с репортером. Когда я говорил ему о секретных учениях, мое тело начало неистово сотрясаться. Я был на совей постели, тело вибрировало, голова судорожно дергалась назад и вперед; я был в замешательстве и испуган. По временам я обнаруживал, что защищаю перед ним движение. Я сомневался в своем мыслительном процессе. Был ли я духовным неудачником? Был ли я неправ, разговаривая с ним? Не буду ли я гореть в аду?

В этот момент я понял, что мне нужна профессиональная помощь, чтобы разобраться с моим интеллектуальным беспорядком, доктринами движения, которые владели мной, и с психологическим трудностями, которые были результатом многих лет занятий медитацией. Однако я все еще придерживался предрассудка движения относительно того, что психотерапевты никогда не решают проблем, они только “перемешивают грязь”. Я полагал, что психологические проблемы были только духовными проблемами. Как может доктор прекратить сотрясение моего тела, убрать манеру говорить в духе синдрома Тоуретта, что, как меня учили, было результатом злодеяний прошлой жизни. Я чувствовал себя отчаявшимся.

Находясь на конференции CAN, я начал спрашивать профессионалов, знают ли они, как остановить эти проблемы. Мне отвечали странными взглядами до тех пор, пока я не попросил о помощи доктора Маргарет Сингер, известного специалиста по культам. Для неё мои проблемы были похожи на проблемы других членов групп с долгим стажем. Она вооружила меня объяснением того, как этот опыт возникает, и она уверила меня, что он исчезнет. Впервые я ощутил, что существует помощь для моих трудностей. По рекомендации доктора Сингер я начал работать с опытным психиатром; я также продолжал терапевтические отношения с доктором Сингер.

Мое выздоровление шло в трех главных направлениях. Первое заключалось в работе над моими хроническим состояниями расщепления личности и деперсонализации. Второе было деятельностью по ориентации в реальности: я использовал своего терапевта в качестве репетитора, помогавшего мне работать с моей тенденцией все переводить в духовную сферу. В-третьих, мне было необходимо развивать социальные умения.

Расщепление личности и деперсонализация

В мире ТМ было нормальным оказаться “кадетом пространства” (“Space Cadet”). Фактически так мы называли кого-нибудь, кто накурился марихуаны. Пребывание в “блаженном” состоянии, бессмысленно бродящим, подергивающимся, трясущимся, бессознательно выкрикивающим было признаком духовного роста. Забвение своего имени было забавным. Я часто начинал выполнять какие-то задачи и в процессе забывал, что я начинал делать - это было нормально в мире ТМ.

Обучение жизни в “относительном” (реальном мире) требовало держать этот обычно испытываемый феномен под контролем. Посредством терапии я выяснил, что это поведение являлось положительно подкреплявшимися, бессознательно заученными привычками, которые было трудно сломать. После прекращения изменявшей сознание практики движения ТМ это поведение возникало не так часто; но в периоды стресса оно было склонно непроизвольно повторяться.

От меня потребовались годы, чтобы развить умение немедленно относить к определенной категории эти состояния, когда они возникали. Я должен был научиться справляться со стратегией, которая возвращала меня к более сбалансированному состоянию умственного функционирования. Одной из самых полезных стратегий, как я выяснил, было занятие физическими упражнениями. Физические упражнения имели тенденцию сокращать мои эпизоды расщепления личности, заставляя меня отдавать себе отчет в существовании моего тела. Каждый раз, когда я занимался физическим упражнениями, я все больше отдавал себе отчет в наличии своего тела как части меня. Чем больше я развивал хорошую осведомленность о своем физическом теле, тем больше я стал осознавать трудно уловимые чувства, которые предшествовали моим подергиваниям, выкрикам и тому подобному.

Я начал определять вещи, которые вызывали сенсорную перегрузку, выливавшуюся в мое одурманенное состояние, такие, как места для гуляния с магазинами и видео пассажи. Я научился принимать их в малых дозах и постепенно выстраивал свою выносливость.

После окончания курса ТМ-Сидхи я обнаружил, что у меня трудности с чтением. Я обычно брал книгу, читал несколько первых страниц и затем оказывался забывшимся, не зная, что я прочитал. Я обычно перечитывал первую страницу и снова терялся. Затем я перечитывал первый параграф и терялся. У меня не было понимания. После ухода из ТМ я медленно развивал стойкость в чтении, ставя таймер. Я постепенно увеличивал периоды чтения и пытался читать ежедневно одну полную газетную статью.

Контроль реальности

Основа программы ТМ заключается в том, что мысли могут волшебно материализовываться в материю. Если вы произвели идею, она имеет результат. Если вы хотите мексиканский обед и если вы достаточно чисты посредством ТМ, он самопроизвольно появится. Думайте отрицательно о ком-нибудь, и этот человек может заболеть. Желайте успеха в бизнесе, и он придет. В ТМ субъективный опыт определяет реальность. Если это воспринимается как хорошее, оно должно быть правильным.

Если объективная сенсорная информация находится в противоречии с порождаемыми группой субъективными ощущениями, объективная интеллектуальная точка зрения должна быть отвергнута, и она считается “ошибкой интеллекта”. Когда волшебным силам не удается произвести результат, считается, что это итог чьей-то кармы (то есть, прошлых действий) в этой и предыдущих жизнях. Ответственность за весь негативный опыт в жизни падает на члена группы.

Таким образом, для своего выздоровления я нуждался в терапевте, который имел знания о групповом влиянии. Традиционная терапия диагностировала бы меня как склонного к галлюцинациям, возможного шизофреника, и упустила бы из виду, что мой мыслительный процесс систематически был обусловлен идеологией ТМ, которая не только санкционировала, но поощряла волшебное мышление.

Посредством терапии с человеком, хорошо осведомленным о культах, я узнал, что медитация с пустым мозгом (такая, какой мы обучались при нашей ТМ подготовке) может вызывать познавательную неэффективность: затруднения с памятью и проблемы с сосредоточенностью и концентрацией. Предписанное Махариши лекарство было причиной, а не лечением.

Моя заученная возвратная тенденция одухотворять земное была самой трудной привычкой, которую нужно было ломать. Доктрина ТМ связывает все успехи с медитацией и все неудачи с личной или семейной кармой.

Я вспоминаю свои занятия с терапевтом по разбирательству с порожденными ТМ чувствами и сравнению их с “точной” информацией или точкой зрения. “Нахождение места для парковки не является результатом медитации”, - обычно говорила мне доктор Сингер. Те, кто не занимается медитацией, тоже его находят. “Успех в бизнесе - не результат прохождения курсов повышенной сложности по ТМ подготовке. IBM преуспевает без медитации”. Я медленно начал преодолевать привычку, которой я был обучен, заключавшуюся в том, что я использовал свои состояния “чувств” как первейший инструмент по принятию решений. Я пришел к пониманию того, что “мозг” не является врагом. В процессе терапии я узнал, что я целостная личность и что я могу принимать решения как целостная личность, с помощью мозга, тела и чувств.

Возвращение в общество (ресоциализация)

Я жил вне общей культуры 10 лет. Я не имел представления о популярной музыке, фильмах, литературе, мировых событиях. Теперь я вижу, как моя изоляция мешала внешним отношениям. Я должен был учиться вести случайные беседы, не превращая их в занятия по вербовке. Я должен был преодолевать замешательство из-за незнания того, о чем говорит кто-нибудь, когда говорят о фильме или телевизионной программе, которую все видели, или о песне, которую все знают.

Ресоциализация иногда требует способностей к раскрытию и чувства юмора. Через два года после окончания тяжбы и оставления позади культового опыта я все еще сталкиваюсь в самые неподходящие моменты с трудными вопросами. Недавно на встрече с банковским чиновником возник вопрос: “Где вы посещали колледж?” “MIU”,- отвечал я. “Что такое MIU?” - спросил банковский чиновник. Я помедлил. “Университет Средней Айовы. Вы слышали о нем, не так ли? Это небольшой колледж к югу от Айова сити”. “И в какой области вы получили степень?” - продолжал он. “Бизнес”, - ответил я. Это короткий ответ, подумал я про себя. Что бы он сказал, если бы я раскрыл полностью...”исследование сознания как сферы всех возможностей”? А затем продолжил бы объяснением, что я изучал механику творения, что я учился левитировать по два часа утром и вечером...чтобы спасти мир? Тема сменилась. Это сработало... и я испытал облегчение.

Судебный процесс

Вскоре после ухода из движения я почувствовал, что меня глубоко обманули. Я думал, что Махариши знал, что люди не могут левитировать, летать или становиться невидимыми. Он систематически скрывал неблагоприятные результаты своих программ: самоубийства, умственные расстройства, трудности с памятью, проблемы сосредоточенности и так далее. Он создал организацию, которая держала меня включенным в его мировой план посредством узурпации моего юношеского идеализма. Я чувствовал, что меня надули.

Группа подобным образом настроенных бывших членов вступила в контакт с администрацией MIU; мы требовали возвращения 1400 долларов за курс левитации. Наше требование было встречено следующим: “Если вы считаете, что у вас судебное дело, возбуждайте против нас иск”. Именно это я и сделал.

Моя тяжба помогла покончить с моим участием в группе. Я предпочел противостоять жульничеству, халатности и мошенничеству движения ТМ в юридическом суде. Процесс тяжбы требовал, чтобы я стал очень объективным в отношении своей вовлеченности. Он требовал, чтобы я объективно разобрался с движением, его претензиями и действиями и результатами, которые они имели для меня. Процесс обязательного представления документов суду дал мне доступ к тщательно охраняемым секретам движения. Эта информация подтвердила мою точку зрения на движение как испорченное и вредное.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Уход из группы подобен разводу в семье. У меня были глубокие эмоциональные связи с ТМ движением, Махариши и многими из проявлявших ко мне внимание членов. Ценности, которые моя семья дала мне, были так подчинены групповой идеологии, что существенно утратил связь с ними, находясь в группе. Выздоровление является суровым испытанием длиной в жизнь. Восемнадцать лет прошли с момента моей вербовки. Я продолжаю открывать сферы, которые подверглись влиянию.

Патрик Л. Райан

Исцеление от культов: Помощь жертвам психологического и духовного насилия. /Под ред. Майкла Д. Лангоуни. Пер. с англ. - Нижний Новгород: Нижегородский госуниверситет им. Н. И. Лобачевского, 1996